История песни: «Песня Военных Корреспондентов» (1943)


Автор статьи: Сергей Курий

В 1943 году советским войскам, наконец-то, удалось переломить ход войны. В Сталинградском "котле" "сварились" две немецкие, две румынские и одна итальянская армии, а Курская "битва моторов" доказала превосходство советских танков над немецкими. Изменился и настрой песен - они становились всё бодрее и оптимистичнее...

«Песня Военных Корреспондентов» (1943)

Одну из самых залихватских и отчаянных песен Константин Симонов сочинил, пытаясь отвлечься во время долгой и тяжёлой поездки. Будучи военным корреспондентом, он ехал из Краснодара, стремясь поспеть к освобождению Ростова-на-Дону. Водитель был мрачен и молчалив, в кабине было холодно, поэтому Симонов ничего записывать не стал и свой стих про корреспондентские тяготы сочинял и зазубривал в голове.



Через два дня он доехал до штаба Южного фронта и явился в корреспондентский пункт "Красной звезды". Тут же к Симонову подошёл врач, назойливо интересующийся его здоровьем.

Константин Симонов:
«Как потом под общий смех выяснилось, мой хмурый водитель явился в санчасть с сообщением, что с ним с Северо-Кавказского фронта ехал сюда сумасшедший подполковник, который чуть ли не двое суток подряд всё время разговаривал сам с собой. Посещение врача было результатом этой шоферской бдительности».

Вечером того же дня Симонов во время дружеского застолья спел свои стихи вместе с коллегами. Пели они на мотив "Мурки", а саму песню прозвали "Корреспондентская застольная". Несмотря на весёлый мотив, слова были довольно откровенны и жестковаты:

Помянуть нам впору
Мертвых репортеров.
Стал могилой Киев им и Крым.
Хоть они порою
Были и герои,
Не поставят памятника им.

Кроме того, текст пестрел множеством профессиональных словечек, ныне и вовсе непонятных. Например, упомянутая "лейка" (точнее, "Leica") - марка фотоаппарата, «эмка» - легковой автомобиль «М-1», а «У-2» (он же «По-2») - одномоторный самолёт-биплан.

В том же 1943 году Матвей Блантер написал уже свою - оригинальную джазовую - версию "Корреспондентской застольной", которая и стала канонической. Впервые с новой музыкой песня прозвучала в спектакле по пьесе Симонова "Жди меня", где её исполнил Ростислав Плятт.
Ну, а первую запись сделал Леонид Утёсов - уже в феврале 1945-го. Кстати, Блантеру исполнение песни Утёсовым никогда не нравилось - он считал его "пошловатым".

Зато текст песни цензура попыталась избавить ото всех "пошлостей" и "грубостей". Полностью был убран, приведённый выше, куплет про погибших репортёров. Строчку «От ветров и водки хрипли наши глотки» заменили на «От ветров и стужи петь мы стали хуже», а «Репортер погибнет - не беда» на «Но мы не терялись никогда».

Уже после войны Симонов решил вернуть на сцену первоначальный текст песни. Он открыл на это глаза Кобзону, а Утёсову подарил в 1963 году сборник своих стихов с вручную исправленной «Песней Военных Корреспондентов», приписав: «Дорогого Леонида Осиповича Утёсова прошу петь только так - на мою голову, а если её одной мало, то ещё и на свою!».
С тех пор песню исполняют в двух вариантах - вот только куплет про мёртвых репортёров так в песню и не вернулся...
Понравиласть статья? Жми лайк или расскажи своим друзьям!
30 ноябрь 0 304
Комментарии:
Мы ждем твоих комментариев, Анонимус
2017 Эхо социальных сетей.....